Главная / История профсоюзов
08.04.2015
К 70-летию Великой Победы. Вильям Барабанов, блокадник
Вильям Петрович Барабанов – доктор химических наук, профессор КНИТУ (КХТИ), заслуженный деятель науки и техники России, член-корреспондент АН РТ, трудящийся в стенах родной Alma-mater уже более полувека, в 1941 году возрасте семи лет был принят экстерном в третий класс Ленинградской средней школы. Этому способствовало то, что он родился и воспитывался в семье потомственных интеллигентов. Его прадедом был крупнейший ученый лингвист-тюрколог академик В. Радлов, создатель письменности ряда народов Севера и Востока, дедом – доктор медицины В.Моор, получивший высшее образование в США, в честь которого его и назвали Вильямом. Но на этом тогда все и закончилось: началась война и … блокада, оборвавшая счастливое детство и оставившая неизгладимый след в жизни мальчишки. Теперь два раза в год – 25 января в день прорыва блокады города-героя и 9 Мая – в День Победы надевает Вильям Петрович бережно хранимый почетный знак «Жителю блокадного Ленинграда», напоминающий ему о тех страшных, навсегда врезавшихся в память, днях. И многие студенты смотрят на своего профессора совсем другими глазами, впервые узнав о его блокадном прошлом. Мы попросили Вильяма Петровича, ко всем прочим регалиям еще и председателя правления историко-мемориального совета КНИТУ (КХТИ), поделиться своими воспоминаниями о пережитом, чтобы помнили.

– Вильям Петрович, помните, как началась война?

– Да, в тот летний день, 22 июня, наша семья была на даче в поселке Вырица под Ленинградом. Узнав, что началась война, родители сразу же вернулись в город, а я и моя сестра остались с няней. Меньше чем через две недели мы стали свидетелями налетов немецкой авиации. Один из самолетов обстрелял из пулемета загорающих на пляже детей. Пытаясь спастись, все бросились в воду. К сожалению, она не смогла их защитить: самолет улетел, а по реке поплыли кровавые разводы… Так я впервые увидел страшное лицо войны. Мы поняли, что оставаться за городом опасно и вернулись в Ленинград.

– Вы никуда не уехали?

– Нет, потому что мама (она работала главным психиатром Ленинградской области) не могла оставить своих больных, а папа работал на закрытом заводе. Мы жили в центре города напротив Кузнечного рынка, на пересечении улицы Достоевского и Кузнечного переулка ( в этом доме сейчас располагается музе Ф.М.Достоевского).

– Когда вы почувствовали блокаду?

– Блокада началась в сентябре. До этого город наводнили беженцы с прибалтийских районов, псковской и новгородской областей. Они бежали сюда, полагая, что в Ленинграде можно будет надежно спрятаться, что он обязательно выстоит. Осенью начались регулярные бомбежки. Днем и ночью. Было страшно. Как только объявляли воздушную тревогу, все бежали в бомбоубежище, а после отбоя поднимались наверх. С каждым разом разрушений на Невском и Владимирском проспектах было все больше и больше. Отлично помню разрушенный Витебский вокзал и Мариинский театр, у которого рухнула стена, и видны были кресла зала…

Помню время, когда горели Бадаевские склады. До этого мало кто знал об их существовании. А тут заговорил буквально каждый, и не мудрено, ведь там находилось все продовольствие, на которое рассчитывал блокадный город. Горело долго, очень долго. Черный дым, черное облако в районе Балтийского вокзала. Люди с утра направлялись туда с котелками и ведерками, в которые черпали растекающийся вокруг жидкий сахар, собирали в мешки горелую муку.

Во время одной из бомбежек пострадал и наш дом, и мы не смогли туда вернуться. Поэтому переехали к родственникам, жившим в здании Академии художеств на берегу Невы. Когда начались холода, бомбежки прекратились, точнее – стали более редкими, зато начались обстрелы.

– Это было менее страшно?

– Да нет, наоборот, куда страшнее и опаснее. Ведь о приближении вражеских самолетов объявляли по громкоговорителям, и мы успевали спрятаться. А обстрелы производились в любое время суток совершенно неожиданно. Единственное, что мы точно знали – стреляют с Пулковских высот, поэтому как только раздавался свист снаряда – перебегали на безопасную сторону улицы.

– Кого первого из родственников потеряли?

– В декабре мы похоронили бабу Лену – мамину тетю. Завернули ее в простыню и увезли на саночках на Смоленское кладбище. Там был вырыт ров, куда складывались тела. Это была первая потеря родного нам человека. За ней последовали смерти соседей, друзей и близких. Скоро тяжело заболела мама – сказались истощение и перегрузки. Она уже не могла ходить и принимала больных, которых у нее в то время было необычайно много, сидя. До последнего дня не уходила с работы. Но сил с каждым днем оставалось все меньше и меньше, ее увезли в госпиталь и через два дня она умерла. Отец продолжал работать на заводе. К зиме резко сократили норму хлеба – до 125 граммов на человека (250 грамм получали рабочие). Возникло постоянное чувство голода.

Каких-то продовольственных запасов у вас не было?

– Нет.

– Что помогло выжить, Вильям Петрович?

– Ели все, что было хотя бы отдаленно съедобным. Деликатесом считались некрашеные серовато-белые сыромятные ремни. Мы нарезали их на мелкие кусочки, ссыпали в кастрюльку, заливали водой и ставили на печку, где они долго– долго варились. Потом сливали «бульон» в кастрюльку, он застывал и был похож на желе, на холодец. Как же это было вкусно! А те оставшиеся кусочки опять заливали водой и вновь варили…

Еще мы играли в «гости» – как будто ходили друг к другу и нас «угощали» картошкой с котлеткой – такая еда казалась нам верхом совершенства! До сих пор помню, как проснувшись где -то часа в два ночи, начинал считать до шестидесяти – минута прошла, еще, еще и так далее. Лежишь и считаешь, сколько времени осталось, когда принесут домой хлеб и его можно будет съесть. Любимой темой для разговоров тоже был еда. Рассказывали, как кто-то, перебирая старые елочные игрушки, нашел среди них старый, но съедобный покрашенный золотой краской грецкий орех, пряник, конфету. Как же мы завидовали счастливчику!

– Какой был Ленинград 1941 года?

– Неузнаваемый. В первые же дни блокады альпинистами были закрашены серой эмалевой краской, которая сливалась с хмурым, мглистым небом, купол Исаакиевского собора и шпиль Петропавловки. Буквально за несколько дней Адмиралтейскую иглу закрыли специальным чехлом из мешковины, а Медного всадника и Александровскую колонну до верха обложили мешками с песком и деревянными щитами. Клодтовских коней «захоронили» в саду Аничкова дворца, а многие памятники и здания накрывались тканью, на которую был нанесен специальный рисунок, так, чтобы сверху это выглядело незаметно.

Однако памятники Суворову, Кутузову и Барклаю де Толли остались открытыми, по слухам, – для поднятия патриотического духа блокадных ленинградцев, на самом же деле у людей не было уже ни сил, ни возможности уберечь все. Так и остались в памяти те месяцы – серое небо, серые крыши, серый снег и аэростаты над городом…

– Как пережили зиму?

– Та зима была очень холодной. Люди объединялись, жили коммунальными квартирами по нескольку семей в одной комнате. Съехаться могли не только родственники, но и соседи. Из пустующих комнат и квартир приносили двери, косяки, мебель и сжигали в буржуйках, грелись. Очень часто в квартирах гас свет, самое обидное, что его отключили в Новый год. Мы никогда не отключали радио: ждали сводок новостей, воздушных тревог, обращения к жителям города. Взрослые часто говорили при нас, что зимой штурма города не будет, а вот весной – возможно. И хотя все мы верили, что город сдан не будет, подготовка к отражению штурма шла полным ходом – строили баррикады, разбирали мостовые, опрокидывали трамваи. Штурма действительно не было, потому что немцы были уверены – город вымрет сам…

Во второй половине зимы мы с сестрой попали в больницу с тяжелой дистрофией. В холодных палатах лежали и умирали десятки детей. Но мы – выжили. После выписки нас забрали к себе родственники.

– С отцом вы виделись?

– Помню, как– то раз отец пришел к нам в гости с завода. Мне все казалось, что он хочет что-то сказать, сейчас, думаю, про смерть мамы, но у него не хватило духа. А мы считали, что она все еще лежит в больнице... Известие о ее смерти стало для нас ударом, но при этом мы ощущали какое-то отупение: стольких уже к тому времени похоронили.

– Весна прибавила сил?

– Да, в Летнем саду выросла прекрасная майская крапива, на которую было много желающих… Помню, как только начал таять снег, обнажились закоченелые тела, очень много тел мужчин, женщин, детей. Рядом часто лежали саночки и ведра: шли за водой, упали, а подняться уже не было сил. По улицам в те дни ездили грузовые машины, собирали тела и увозили на кладбище, говорили, что на Пискаревское. Всех – в одну могилу, без фамилии, без имени, без отчества.

Родственников, что жили на Васильевском острове и на улице Восстания, к тому времени уже не стало, и нас с сестрой отдали в детский дом в районе Красного треугольника, с ним нас и эвакуировали на Большую землю 25 июня 1942 года.

– По Ладоге?

– Да. Эвакуировать детей по Дороге жизни начали в декабре 1941 года, но до нас доходило много информации, что почти все машины гибнут. Поэтому наши родители нас тогда из Ленинграда не отпустили. В этот раз на Финляндском вокзале всех посадили в пригородный поезд, и где-то к ночи мы подъехали к Ладоге. Переночевали и рано утром цепочкой, держа друг друга за руки, детишки пошли по шатким мосткам к барже, пришвартованной к маленькому причалу. Только мы стали приближаться к спасительному берегу, начался налет вражеской авиации. Существовало строгое правило: во время налета нельзя причаливать, потому что в баржу в этом случае очень легко было попасть противнику. Поэтому капитан велел отплыть обратно. Самолеты пикировали, и на барже стали стрелять наши зенитки. Мы закрывали головы руками и ложились на пол, как будто это могло нам помочь при прямом попадании. Мы плавали туда-сюда до тех пор, пока немецкие самолеты не исчерпали свои ресурсы и не улетели. И вот мы на Большой земле, где нас встречало множество народа. Помню церковь, где ночевали, манную кашу на обед. В тот момент казалось, что вкуснее ее нет ничего на свете! Кстати, постоянное чувство голода не покидало меня примерно в течение полутора лет.

– Вас разыскали родственники?

– В Пензенскую область, куда нас отправили вместе с детдомом, приехал мой отец. В тот день, бегая на поляне, мы увидели идущего к нам слегка прихрамывающего мужчину. Мы всем отрядом бросились к нему: всем казалось, что это его папа. От налетевших к нему со всех сторон детишек, одетых в одинаковые казенные штанишки и рубашечки, он растерялся, присел на землю и зарыдал… Оказалось, что несколько дней назад папа был эвакуирован и поехал нас искать.

– Вильям Петрович, а где мама похоронена так и не знаете?

– Теперь знаю – на Пискаревском кладбище…

Нина Гатауллина, фото автора


Назад |  Версия для печати
 
Новости Федерации профсоюзов РТ
23.02.2020
С Днем защитника Отечества

Уважаемые коллеги! Дорогие друзья! От имени Федерации профсоюзов и от себя лично поздравляю Вас с Днем защитника Отечества!

Подробнее
Молодежный лыжный забег отменяется!

Уважаемые коллеги, представители работающей молодежи и студенчества, в этом году в связи с погодными условиями и ранним наступлением весны организационным комитетом Федерации профсоюзов РТ принято решение отменить ежегодные соревнования "Профсоюзная молодежная лыжня", которые должны были состояться 27 февраля в зеленодольском спорткомплексе "Маяк".

Подробнее
21.02.2020
В охране труда нет мелочей

Вопросу, не сходящему с повестки дня профсоюзов, было посвящено очередное заседание президиума Федерации профсоюзов Республики Татарстан, прошедшее сегодня в Малом зале Казанского дворца труда.

Подробнее
21.02.2020
Отдых на горнолыжном склоне

Работники Бугульминских электрических сетей собрались большой компанией, чтобы посетить горнолыжный курорт «Ян» в Альметьевске и провести несколько веселых часов вместе.

Подробнее
21.02.2020
В лидерах и в работе, и в творчестве

Состоялась конференция трудового коллектива Набережночелнинской ТЭЦ по итогам выполнения коллективного договора в 2019 году.

Подробнее
21.02.2020
Зелёный свет молодёжным инициативам

Отчётно-выборная конференция Совета Молодёжи состоялась в Казанских тепловых сетях.

Подробнее
21.02.2020
Прием граждан по защите трудовых прав: Актаныш

Продолжаются выезды Технической инспекции труда Федерации профсоюзов РТ совместно с представителями Государственной инспекции труда в РТ в муниципальные районы республики. Очередные консультации граждан по вопросам трудового законодательства состоялись 19 февраля в Актанышском районе.

Подробнее
21.02.2020
ООО "КамЭнергоРемонт" со споротом на «ты»

Первенство по волейболу в зачет корпоративной Спартакиады состоялось на днях вООО «КамЭнергоРемонт» - 2020.

Подробнее
Подписка на «Новое слово» онлайн

Уважаемые коллеги! В период досрочной и основной подписных кампаний Почты России подписаться на газету Федерации профсоюзов РТ «Новое слово» можно онлайн прямо здесь.

Подробнее
20.02.2020
От итогов к наградам

На Казанской ТЭЦ-1 состоялась конференция трудового коллектива по итогам выполнения коллективного договора в 2019 году.

Подробнее
20.02.2020
VII заседание Государственного Совета

В седьмом заседании Государственного Совета республики шестого созыва принимает сегодня участие председатель Федерации профсоюзов РТ Елена Кузьмичева.

Подробнее
20.02.2020
Для профсоюзного роста резервы имеются

Вчера прошла очередная конференция профсоюзного актива в Алькеевском муниципальном районе Республики Татарстан.

Подробнее
20.02.2020
Совет ветеранов «Электроприбора» подвел итоги работы

Собрание Совета ветеранов состоялось в профкоме ОАО Казанский завод «Электроприбор» в феврале.

Подробнее
20.02.2020
Главные социальные обязательства выполнены

Подведены итоги работы комитета первичной профсоюзной организации МКУ «Администрация Кировского и Московского районов Исполнительного комитета г.Казани».

Подробнее
19.02.2020
В Челнах обсудили развитие автограда

Председатель Федерации профсоюзов Республики Татарстан Елена Кузьмичева приняла участие в заседании городского Совета города Набережные Челны, которое состоялось сегодня под председательством Премьер-министра республики Алексея Песошина.

Подробнее
19.02.2020
Волейбольные соревнования энергетиков

Соревнования по волейболу среди структурных подразделений предприятия состоялись в Альметьевских электрических сетях 16 февраля.

Подробнее
19.02.2020
Выходные с кислородным коктейлем

Уже более 700 работников образования приняли участие в новом проекте Татарского республиканского комитета Профсоюза работников образования и науки «Тур выходного дня». Еще 1500 человек поедут отдыхать в санатории республики в ближайшее время. Программа льготного отдыха будет действовать весь март и апрель.

Подробнее
19.02.2020
Профсоюзно-молодежный лыжный кросс

16 февраля, несмотря на то что зима в этом году была скупа на снег, в пригородной лесной зоне отдыха состоялся профсоюзно-молодежный лыжный кросс, организованный профсоюзным комитетом и Советом молодежи Казанского авиационного завода им. С.П. Горбунова – филиала ПАО «Туполев».

Подробнее
19.02.2020
«История Родины в историях отдельных людей»

В рамках празднования 100-летия ТАССР и 75-летия Победы в ВОВ в МАОУ «Нижнекамская школа-интернат «Надежда» прошло первое мероприятие из серии «История Родины в историях отдельных людей».

Подробнее
Все новости


Copyright by Федерация профсоюзов Республики Татарстан 2007-2020
420012, г. Казань, ул. Муштари, д. 9, E-mail: pressa-fprt@mail.ru, gazeta-proftat@yandex.ru