В январе–мае 2026 года в России было занято в среднем 74,6 млн человек, следует из данных Росстата. При этом в штате числилось 44,1 млн сотрудников, указано в ЕМИСС. Разница между показателями — 30,5 млн человек, или 41% всех занятых, сообщают «Известия». Годом ранее цифры были практически такими же: 30,4 млн человек, или 41,1%. В абсолютном выражении показатель вырос примерно на 80 тыс., а его доля не изменилась.
За десять лет масштаб занятости вне штата заметно увеличился. В 2015 году разрыв составлял 23 млн человек, или 34%, говорится в исследовании экспертов Финансового университета Александра Сафонова и Дарьи Некипеловой «Трансформация структуры неформальной занятости в России: тенденции и институциональные факторы», опубликованном в журнале ВНИИ труда «Социально-трудовые исследования».
Показатель отражает, насколько общее число работающих превышает число сотрудников, входящих в штат организаций. В него попадают ИП, самозанятые, исполнители по ГПХ, внешние совместители и работающие у физлиц.
При этом неформальная занятость не всегда означает нарушение закона. ИП и самозанятые легально работают и самостоятельно платят налоги, пояснила экономист Екатерина Маркова. Нелегальная занятость — более узкое понятие, частично входящее в неформальную: это работа без оформления или с подменой трудового договора гражданско-правовым.
Последняя оценка Росстата — около 16 млн занятых в неформальном секторе на III квартал 2024 года, или 21,3% всех работающих. Это почти вдвое меньше расчетного разрыва.
Авторы доклада считают устойчивое расхождение между данными Росстата и разрывом в числе занятых и штатных сотрудников косвенным признаком того, что официальная статистика может видеть не все неформальные практики. Эксперты связывают разницу, в частности, с серыми зарплатами, заемным трудом и переводом штатных сотрудников в самозанятые.
Напомним, развивать совместную работу по борьбе с теневой занятостью и подменой трудовых отношений договорились Роструд и Федерация независимых профсоюзов России (ФНПР).
Председатель ФНПР Сергей Черногаев подчеркнул необходимость усиления совместных действий для пресечения практики подмены трудовых отношений.
- Мы видим, что в значительном числе случаев гражданско-правовые договоры используются там, где фактически присутствуют трудовые отношения. Наша задача — своевременно выявлять такие схемы и обеспечивать защиту работников, включая развитие механизмов взаимодействия профсоюзов и государственной инспекции труда, — отметил он.
