Работница уволилась по собственному желанию, а позже сообщила работодателю: на дату увольнения она уже была беременна. По мнению Верховного Суда в таком случае недостаточно проверить только заявление работницы и правильность оформления приказов.
Уже после увольнения работница подтвердила беременность. В день получения медицинской справки она попросила работодателя отменить приказы и восстановить ее на прежней должности, поскольку на момент увольнения о беременности не знала. Работодатель отказал: увольнение состоялось, заявление до даты увольнения не отзывалось, справка о беременности до увольнения не представлялась.
Суд первой инстанции признал приказы незаконными, восстановил работницу, взыскал средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда. Апелляционный суд отменил это решение и отказал в иске. Он исходил из того, что работница сама подала заявление, обстоятельств, указывающих на отсутствие добровольного волеизъявления, не установлено, а запрет на увольнение беременной женщины по части первой ст. 261 ТК РФ касается увольнения по инициативе работодателя, а не работника. Восьмой кассационный суд общей юрисдикции оставил апелляционное определение без изменения.
ВС признал такой подход ошибочным. В спорах об увольнении по собственному желанию важно не только само заявление, но и действительное намерение работника прекратить трудовые отношения.
В этом деле последующее заявление работницы об отмене приказов и восстановлении на работе свидетельствовало, что такого намерения у нее не было. Она не знала о беременности ни на дату издания приказов, ни на дату увольнения. Поэтому первоначальное заявление об увольнении не могло сохранять силу как выражение ее действительной воли.
ВС указал: если нет воли работника на увольнение по собственному желанию, фактически трудовой договор прекращается не по инициативе работника, а по инициативе работодателя. В таком случае может применяться запрет на увольнение беременной женщины, установленный частью первой ст. 261 ТК РФ. Отсутствие у работодателя сведений о беременности на момент увольнения само по себе не является основанием для отказа в восстановлении.
В итоге Верховный суд отменил апелляционное и кассационное определения и оставил в силе решение суда первой инстанции о восстановлении работницы.
